Неточные совпадения
— Так, так, это так! —
в восторге подтверждал Лебезятников. — Это должно быть так, потому что он именно спрашивал меня, как только вошла к нам
в комнату Софья Семеновна, «тут ли вы? Не
видал ли я вас
в числе гостей Катерины Ивановны?» Он отозвал меня для этого к
окну и там потихоньку спросил. Стало быть, ему непременно надо было, чтобы тут были вы! Это так, это все так!
Проходя
в первый раз мимо отделения Вронского, он заметил, что
окно было задернуто. Но проходя
в другой раз, он
увидал у
окна старую графиню. Она подозвала к себе Кознышева.
Анна взглянула
в окно и
увидала у крыльца курьера Алексея Александровича, который звонил у входной двери.
«Девочка — и та изуродована и кривляется», подумала Анна. Чтобы не
видать никого, она быстро встала и села к противоположному
окну в пустом вагоне. Испачканный уродливый мужик
в фуражке, из-под которой торчали спутанные волосы, прошел мимо этого
окна, нагибаясь к колесам вагона. «Что-то знакомое
в этом безобразном мужике», подумала Анна. И вспомнив свой сон, она, дрожа от страха, отошла к противоположной двери. Кондуктор отворял дверь, впуская мужа с женой.
Дорогой,
в вагоне, он разговаривал с соседями о политике, о новых железных дорогах, и, так же как
в Москве, его одолевала путаница понятий, недовольство собой, стыд пред чем-то; но когда он вышел на своей станции, узнал кривого кучера Игната с поднятым воротником кафтана, когда
увидал в неярком свете, падающем из
окон станции, свои ковровые сани, своих лошадей с подвязанными хвостами,
в сбруе с кольцами и мохрами, когда кучер Игнат, еще
в то время как укладывались, рассказал ему деревенские новости, о приходе рядчика и о том, что отелилась Пава, — он почувствовал, что понемногу путаница разъясняется, и стыд и недовольство собой проходят.
В то время как она отходила к большим часам, чтобы проверить свои, кто-то подъехал. Взглянув из
окна, она
увидала его коляску. Но никто не шел на лестницу, и внизу слышны были голоса. Это был посланный, вернувшийся
в коляске. Она сошла к нему.
Проходя по гостиной, она услыхала, что у подъезда остановился экипаж, и, выглянув
в окно,
увидала карету, из которой высовывалась молодая девушка
в лиловой шляпке, что-то приказывая звонившему лакею.
В течение рассказа Чертопханов сидел лицом к
окну и курил трубку из длинного чубука; а Перфишка стоял на пороге двери, заложив руки за спину и, почтительно взирая на затылок своего господина, слушал повесть о том, как после многих тщетных попыток и разъездов Пантелей Еремеич наконец попал
в Ромны на ярмарку, уже один, без жида Лейбы, который, по слабости характера, не вытерпел и бежал от него; как на пятый день, уже собираясь уехать, он
в последний раз пошел по рядам телег и вдруг
увидал, между тремя другими лошадьми, привязанного к хребтуку, —
увидал Малек-Аделя!
Отец поглядел
в окно,
увидал коляску, взял картуз и пошел на крыльцо встречать. Я побежал за ним. Отец поздоровался с дядей и сказал: «Выходи же». Но дядя сказал: «Нет, возьми лучше ружье, да поедем со мной. Вон там, сейчас за рощей, русак лежит
в зеленях. Возьми ружье, поедем убьем». Отец велел себе подать шубку и ружье, а я побежал к себе, наверх, надел шапку и взял свое ружье. Когда отец сел с дядей
в коляску, я приснастился с ружьем сзади на запятки, так что никто не
видал меня.
Брякали ножи, вилки, тарелки; над спинкой дивана возвышался жирный,
в редких волосах затылок врага Варавки, подрядчика строительных работ Меркулова, затылок напоминал мясо плохо ощипанной курицы. Напротив подрядчика сидел епархиальный архитектор Дианин, большой и бородатый, как тот арестант
в кандалах, который,
увидав Клима
в окне, крикнул товарищу своему...
Когда Клим вышел
в столовую, он
увидал мать, она безуспешно пыталась открыть
окно, а среди комнаты стоял бедно одетый человек,
в грязных и длинных, до колен, сапогах, стоял он закинув голову, открыв рот, и сыпал на язык, высунутый, выгнутый лодочкой, белый порошок из бумажки.
Клим покорно ушел, он был рад не смотреть на расплющенного человека.
В поисках горничной, переходя из комнаты
в комнату, он
увидал Лютова; босый,
в ночном белье, Лютов стоял у
окна, держась за голову. Обернувшись на звук шагов, недоуменно мигая, он спросил, показав на улицу нелепым жестом обеих рук...
Самгин еще
в спальне слышал какой-то скрежет, — теперь, взглянув
в окно, он
увидал, что фельдшер Винокуров, повязав уши синим шарфом, чистит железным скребком панель, а мальчик
в фуражке гимназиста сметает снег метлою
в кучки; влево от них, ближе к баррикаде, работает еще кто-то. Работали так, как будто им не слышно охающих выстрелов. Но вот выстрелы прекратились, а скрежет на улице стал слышнее, и сильнее заныли кости плеча.
А через несколько дней, ночью, встав с постели, чтоб закрыть
окно, Клим
увидал, что учитель и мать идут по дорожке сада; мама отмахивается от комаров концом голубого шарфа, учитель, встряхивая медными волосами, курит. Свет луны был так маслянисто густ, что даже дым папиросы окрашивался
в золотистый тон. Клим хотел крикнуть...
Он очень удивился,
увидав, что его привели не
в полицейскую часть, как он ожидал, а, очевидно,
в жандармское управление,
в маленькую комнату полуподвального этажа: ее
окно снаружи перекрещивала железная решетка, нижние стекла упирались
в кирпичи ямы, верхние показывали квадратный кусок розоватого неба.
— Неужели — воры? — спросил Иноков, улыбаясь. Клим подошел к
окну и
увидал в темноте двора, что с ворот свалился большой, тяжелый человек, от него отскочило что-то круглое, человек схватил эту штуку, накрыл ею голову, выпрямился и стал жандармом, а Клим, почувствовав неприятную дрожь
в коже спины,
в ногах, шепнул с надеждой...
Мать не поверила, но как
увидала, сама испугалась и заперла сени и дверь
в избу. Ужи проползли под ворота и вползли
в сени, но не могли пройти
в избу. Тогда они выползли назад, все вместе свернулись клубком и бросились
в окно. Они разбили стекло, упали на пол
в избу и поползли по лавкам, столам и на печку. Маша забилась
в угол на печи, но ужи нашли ее, стащили оттуда и повели к воде.
Другой заседатель, Младенцев, вспомнил, что однажды, идя мимо мастерской часовщика Байбакова, он
увидал в одном из ее
окон градоначальникову голову, окруженную слесарным и столярным инструментом.
По дороге к Ивану пришлось ему проходить мимо дома,
в котором квартировала Катерина Ивановна.
В окнах был свет. Он вдруг остановился и решил войти. Катерину Ивановну он не
видал уже более недели. Но ему теперь пришло на ум, что Иван может быть сейчас у ней, особенно накануне такого дня. Позвонив и войдя на лестницу, тускло освещенную китайским фонарем, он
увидал спускавшегося сверху человека,
в котором, поравнявшись, узнал брата. Тот, стало быть, выходил уже от Катерины Ивановны.
Машинально ступил он
в сад: может быть, ему что померещилось, может, услыхал какой-нибудь звук, но, глянув налево,
увидал отворенное
окно у барина, пустое уже окошко, никто уже из него не выглядывал.
Но, взглянув
в окно,
увидала страшное зрелище: барин лежал навзничь на полу, без движения.
Голову Григория обмыли водой с уксусом, и от воды он совсем уже опамятовался и тотчас спросил: «Убит аль нет барин?» Обе женщины и Фома пошли тогда к барину и, войдя
в сад,
увидали на этот раз, что не только
окно, но и дверь из дома
в сад стояла настежь отпертою, тогда как барин накрепко запирался сам с вечера каждую ночь вот уже всю неделю и даже Григорию ни под каким видом не позволял стучать к себе.
Заглянув
в окно одного из вагонов, Нехлюдов
увидал в середине его,
в проходе, конвойных, которые снимали с арестантов наручни.
Хозяйка предложила Нехлюдову тарантас доехать до полуэтапа, находившегося на конце села, но Нехлюдов предпочел идти пешком. Молодой малый, широкоплечий богатырь, работник,
в огромных свеже-вымазанных пахучим дегтем сапогах, взялся проводить. С неба шла мгла, и было так темно, что как только малый отделялся шага на три
в тех местах, где не падал свет из
окон, Нехлюдов уже не
видал его, а слышал только чмоканье его сапог по липкой, глубокой грязи.
Такими жалкими показались Нехлюдову те сапожники, которых он
увидал работающих
в окне одного подвала; такие же были худые, бледные, растрепанные прачки, худыми оголенными руками гладившие перед открытыми
окнами, из которых валил мыльный пар.
Нехлюдов сказал, что сейчас придет, и, сложив бумаги
в портфель, пошел к тетушке. По дороге наверх он заглянул
в окно на улицу и
увидал пару рыжих Mariette, и ему вдруг неожиданно стало весело и захотелось улыбаться.
— Вот, сердиться! Ты где стоишь? — спросил он, и вдруг лицо его сделалось серьезно, глаза остановились, брови поднялись. Он, очевидно, хотел вспомнить, и Нехлюдов
увидал в нем совершенно такое же тупое выражение, как у того человека с поднятыми бровями и оттопыренными губами, которое поразило его
в окне трактира.
Выбежав на платформу, Катюша тотчас же
в окне вагона первого класса
увидала его.
Она вошла
в комнату, погруженная точно
в сон, не заметила, что платье, которое, уходя, разбросала на полу, уже прибрано, не
видала ни букета на столе, ни отворенного
окна.
— Что такое у тебя? Я
в окно увидала свет, испугалась, думала, ты спишь… Что это горит
в чашке?
Когда замерзает лед, то делается то же самое. Летит снежинка —
в ней не
видать никакой фигуры; но как только она сядет на что-нибудь темное и холодное, на сукно, на мех,
в ней можно разобрать фигуру: увидишь звездочку или шестиугольную дощечку. На
окнах пар примерзает не как попало, а как он станет примерзать, так сейчас сложится
в звездочку.
Я его ни разу не
видал — то есть порядочно; но однажды я сидел один
в горнице (
в комиссии), допрос кончился, из моего
окна видны были освещенные сени; подали дрожки, я бросился инстинктивно к
окну, отворил форточку и видел, как сели плац-адъютант и с ним Огарев, дрожки укатились, и ему нельзя было меня заметить.
В день приезда Гарибальди
в Лондон я его не
видал, а видел море народа, реки народа, запруженные им улицы
в несколько верст, наводненные площади, везде, где был карниз, балкон,
окно, выступили люди, и все это ждало
в иных местах шесть часов… Гарибальди приехал
в половине третьего на станцию Нейн-Эльмс и только
в половине девятого подъехал к Стаффорд Гаузу, у подъезда которого ждал его дюк Сутерланд с женой.
Действительно, он сказал правду: комната была не только не очень хороша, но прескверная. Выбора не было; я отворил
окно и сошел на минуту
в залу. Там все еще пили, кричали, играли
в карты и домино какие-то французы. Немец колоссального роста, которого я
видал, подошел ко мне и спросил, имею ли я время с ним поговорить наедине, что ему нужно мне сообщить что-то особенно важное.
Когда совсем смерклось, мы отправились с Кетчером. Сильно билось сердце, когда я снова увидел знакомые, родные улицы, места, домы, которых я не
видал около четырех лет… Кузнецкий мост, Тверской бульвар… вот и дом Огарева, ему нахлобучили какой-то огромный герб, он чужой уж;
в нижнем этаже, где мы так юно жили, жил портной… вот Поварская — дух занимается:
в мезонине,
в угловом
окне, горит свечка, это ее комната, она пишет ко мне, она думает обо мне, свеча так весело горит, так мне горит.
Выйдя от Луковникова, Галактион решительно не знал, куда ему идти. Раньше он предполагал завернуть к тестю, чтобы
повидать детей, но сейчас он не мог этого сделать.
В нем все точно повернулось. Наконец, ему просто было совестно. Идти на квартиру ему тоже не хотелось. Он без цели шел из улицы
в улицу, пока не остановился перед ссудною кассой Замараева. Начинало уже темнеть, и кое-где
в окнах мелькали огни. Галактион позвонил, но ему отворили не сразу. За дверью слышалось какое-то предупреждающее шушуканье.
Хорошо знала она местность. Выбежав на широкий двор, бросилась было к воротам, но
в зачинавшемся уже рассвете
увидала, что там на лавочке сидит караульный…
В сад побежала, там ни души. Она дальше и дальше. Бежит, не переводя духа, и назади сада, вблизи Кириллиной пасеки, перелезает через невысокий плетень, а потом по задам возле длинного ряда крестьянских овинов бежит к попу на край деревни. На него одного вся надежда ее. Подбежав к дому отца Прохора, она крепко постучалась
в окно.
Хотел было идти Петр Степаныч, но, вглядевшись,
увидал, что у
окна стоит не Фленушка… Кто такова, не может распознать, только никак не она… Эта приземиста, толста, несуразна, не то что высокая, стройная, гибкая Фленушка. «Нельзя теперь идти к ней, — подумал Самоквасов, — маленько обожду, покамест она одна не останется
в горницах…»
Целый день не то что из дому, к
окну близко не подходил Василий Борисыч и жене не велел подходить… Очень боялся, чтоб грехом не
увидала их Манефа… Оттого и
в Осиповку ехать заторопился… «Один конец! — подумал он. — Рано ли, поздно ли, надо же будет ответ держать… Была не была! Поедем!» И на другой день, на рассвете, поехали.
И, взглянув
в окно,
увидала, что с высокой часовенной паперти медленно спускается Манефа, а за ней идут матери и белицы, Василий Борисыч и саратовский приказчик. Быстро повернулась Фленушка к Самоквасову и крикнула...
Высоко нес он голову, ровным неспешным шагом ступал, идя к Марье Гавриловне. Потупя взоры, нетвердой поступью, ровно сам не
в себе, возвращался
в кельи игуменьи. Много женских взоров из келейных
окон на пригожего молодца было кинуто, весело щебетали промеж себя, глядя на него, девицы. Ничего не
видал, ничего не слыхал Алексей. Одно «до свиданья» раздавалось
в ушах его.
Он
увидал свою маленькую комнатку с земляным неровным полом и кривыми
окнами, залепленными бумагой, свою старую кровать с прибитым над ней ковром, на котором изображена была амазонка, и висели два тульские пистолета, грязную, с ситцевым одеялом постель юнкера, который жил с ним;
увидал своего Никиту, который с взбудораженными, сальными волосами, почесываясь, встал с полу;
увидал свою старую шинель, личные сапоги и узелок, из которого торчали конец мыльного сыра и горлышко портерной бутылки с водкой, приготовленные для него на бастьон, и с чувством, похожим на ужас, он вдруг вспомнил, что ему нынче на целую ночь итти с ротой
в ложементы.
В три часа Женни
увидала из своего
окна бахаревские сани, на которых сидела Лиза и старуха Абрамовна.
В окнах всех этих зданий виднелся свет, кроме господского дома,
в котором не
видать было ни малейшего огонька.
Переночевав, кому и как бог привел, путники мои, едва только появилось солнце, отправились
в обратный путь. День опять был ясный и теплый. Верстах
в двадцати от города доктор,
увидав из
окна кареты стоявшую на горе и весьма недалеко от большой дороги помещичью усадьбу, попросил кучера, чтобы тот остановился, и затем, выскочив из кареты, подбежал к бричке Егора Егорыча...
Ченцов приехал
в свою гостиницу очень пьяный и, проходя по коридору, опять-таки совершенно случайно взглянул
в окно и
увидал комету с ее хвостом. При этом он уже не страх почувствовал, а какую-то злую радость, похожую на ту, которую он испытывал на дуэли, глядя
в дуло направленного на него противником пистолета. Ченцов и на комету постарался так же смотреть, но вдруг послышались чьи-то шаги. Он обернулся и
увидал Антипа Ильича.
Возвращаясь раз осенью из бывших саперных рот близ мызы графа Сперанского мимо мызы, занимаемой графом, Семен Павлович взглянул
в окно и
увидал, что Аракчеев не только машет ему рукою, но и стучит
в оконную раму.
Мало чувствительный к какой бы то ни было музыке, Аракчеев — искренно или нет — очень жаловал нарышкинскую роговую музыку и от времени до времени жители Петербургской стороны, особенно Зеленой улицы,
видали летом под вечер едущую мимо их
окон довольно неуклюжую зеленую коляску на изрядно высоком ходу; коляска ехала не быстро, запряженная не четверкою цугом, как все ездили тогда, а четверкою
в ряд, по-видимому, тяжелых, дюжих артиллерийских коней.
В тоске и сумерках я прошелся по кабинету. Когда поравнялся с лампой,
увидал, как
в безграничной тьме полей мелькнул мой бледный лик рядом с огоньками лампы
в окне.
Нетронутыми лежали где-то
в таинственной глубине полученные по наследству и дремавшие
в неясном существовании «возможностей» силы, с первым светлым лучом готовые подняться ему навстречу. Но
окна остаются закрытыми; судьба мальчика решена: ему не
видать никогда этого луча, его жизнь вся пройдет
в темноте!..